редыстория и история монастыря, как впрочем и его будущее, неразрывно связаны с чудотворной Тихвинской иконой Божией Матери Одигитрии (что в переводе с греческого означает “путеводительница”, “указующая путь”). Этот образ был написан, по преданию, Св. Апостолом евангелистом Лукой во время земной жизни Девы Марии. Св. Лука послал икону вместе с текстом Евангелия и Деяний Св. Апостолов в дар правителю Антиохии Феофилу. Позднее, уже в V в. икона оказалась в Константинополе, где для нее была выстроена знаменитая Влахернская церковь-реликварий, ставшая хранилищем главных святынь Византии—первой христианской империи.

В 1383 г. за 70 лет до падения Константинополя «сия икона Одигитрия взялась из него манием Божием и перенеслась на Русь». Образ Богоматери чудесно, по воздуху скрылся из Царьграда и явился рыбакам над Ладожским озером, рядом с древнейшей столицей Руси, Старой Ладогой. Констанинопольский патриарх, выслушав свидетельства новгородских купцов и их описания образа, подтвердил, что явленная на Руси икона и есть та самая, что отбыла из Византии невозвратно «за гордость, братоненавидение и неправды народа». В тихвинскую землю икона переместилась вскоре после победы объединенных русских войск под началом благоверного князя Димитрия Донского над ордами Мамая.

Согласно летописи, «в лето 6891 от Сотворения мира, июня в 26 день (9 июля 1383 г. по Р.Х.) явися икона «Пречистыя образ Одигитрия» во области Великаго Новаграда, нарицаемой Тихфин». Сюда, на берег реки Тихвинки, пришли священники со множеством народа, и во время усердного соборного моления икона сошла на руки молящихся. Не медля приступили к возведению храма: в тот же день срубили лес, успели сделать три венца, приставили к месту строительства стражу и, славя Бога, разошлись до утра по домам. Но приставленные стражи от усталости заснули, а проснувшись, обнаружили, что ни иконы, ни начатого сруба, ни даже щепок от сваленного и тесаного леса нет.

Собрался народ. Потерю все стали горько оплакивать, и затем начали искать повсюду икону. И—о, чудо!—икона обнаружилась на другом берегу реки вместе с начатым срубом и заготовленными бревнами. Так икона сама окончательно избрала место своего пребывания. И хоть место было «блатно и неровно», именно его указала Богородица. А значит именно здесь и должно было возвести первую церковь Успения, что и было сделано без отлагательства всем миром и щедростью жертвователей.

По окончании строительства пономарь Юрыш, человек благочестивый, был послан оповестить окрестных жителей о времени освящения храма. Недалеко от нового храма Юрышу явилась Божия Матерь со святителем Николаем Чудотворцем и повелела, устами святителя, ставить на храм деревянный, а не железный крест, потому что именно на деревянном кресте был распят Иисус. На месте беседы Св. Николая с Юрышем тогда же поставили часовню, а в XVI в.был основан Николо-Беседный мужской монастырь. Событие это послужило также основанием для написания иконы. Современники, однако, не сразу поверили Юрышу, и когда стали устанавливать на купол кованый железный крест, рабочего, который это делал, невидимою силой, дуновением ветра сняло с купола вместе с крестом и невредимым поставило на землю. Кресты же все и по сию пору на соборе деревянные.

Первая церковь простояла семь лет и сгорела от «свещи ночию», чудотворная же икона сохранилась в целости: она была найдена неподалеку в можжевельнике. Церковь трижды горела и трижды восстанавливалась, а икона каждый раз чудесно оставалась невредимой. Слава о чудесах иконы распространилась далеко за пределы края, и в 1507 г. по указу царя Василия III была заложена каменная Успенская церковь—пятиглавая и «отвсюдуже преславно всеми видемая…». В эти годы чудотворная икона и получает наименование Тихвинской.

О каменной соборной церкви Успения, что и поныне украшает обитель, надо сказать особо. Прообразом тихвинскому храму послужил главный храм государства, Успенский собор Московского Кремля, что в духовной традиции значило очень многое. Строительство собора, грандиозного по тому времени для отдаленных, порубежных мест, имело государственное значение. Храм был свидетельством особого отношения великих князей к святыне, которая своим происхождением и обретением связывала Русь с всемирной христианской историей.

Иван IV Грозный, почитавший Тихвинский образ Богоматери с особым благоговением, приезжал в 1547 г. вместе с митрополитом всея Руси Макарием. Молодому великому князю предстояло стать первым венчанным российским монархом, и его прибытие было частью предуготовительной программы торжеств, разработанной митрополитом. Моление Ивана Васильевича «у Пречистой на Тихвине» было предпринято с целью снискать небесного одобрения венчания на царство. Ведь венчание русского царя окончательно закрепляло наследование статуса истинной православной империи от Византии к России. Рождалась и набирала силу новая христианская держава, основанная на заповедях крепкой православной веры.

При таком внимании власти и народа к монастырю он не испытывал недостатка в радетелях и жертвователях. Так в 1584  г. царь Федор Иоаннович пожертвовал 300-пудовый полиелейный колокол. После пожара 1623 г. был объявлен сбор пожертвований и вкладов икон для сгоревшего иконостаса собора—жертвовали как знатные так и простые граждане, тихвинцы и новгородцы. Традиция не прекращалась и позднее. В 1630 г. Михаил Федорович, первый из династии Романовых, внес из личных средств 3000 листов белого железа для покрытия глав церкви Успения. Князь Дмитрий Пожарский, предводитель ополчения, освободившего страну от литовско-польской интервенции, присылал каменщиков для восстановления звонницы, разрушенной взрывом порохового склада.

Сребропозлаченный оклад для образа Богородицы украшенный жемчугом и самоцветами и изготовленный в 1718 г., тоже был «обетным подношением» к чудотворному образу от 67 «лучших торговых людей» тихвинских. Знатные граждане просили архимандрита монастыря Рувима о ходатайстве об их нуждах перед Петром I. Все описания монастыря подробно перечисляют бесконечное количество драгоценных камений, украшавших ризу иконы. Лучшие из них были вкладами русских императриц.

Предания о чудотворной иконе дошли до нас в «Сказании о явлении и чудесах Тихвинской иконы Богоматери». Наиболее пространная, “официальная” редакция «Сказания» была создана при царе Алексее Михайловиче в XVII в. Автор «Сказания»—иконописец Тихвинского монастыря Родион Сергеев. По указанию царя и в знак признания особой, общегосударственной важности этого документа, редактура «Сказания» была поручена знаменитому «труднику слова», духовному писателю и поэту XVII в. Симеону Полоцкому, для совместной работы с которым Родиона Сергеева специально вызвали в Москву.